Два листа. Часть третья. Последняя.
В день фестиваля в парке собралось множество людей. Вера стояла на сцене и читала белое стихотворение:
"Два листа.
Парящие в воздухе люди.
Каждый свой путь выбирает.
Две судьбы.
Смотрящие в озеро клёны.
Не каждый дёрнет за струну.
Осень близка.
Красоту не повторить их,
Но и чистотой не излить каких.
А каждую ноту? И ветвь. И заботу".
Её слова тронули сердца слушателей. И Саши. Она говорила о принятии различий и любви к уникальности каждого человека. Художник, вдохновлённый её стихами, наконец решился нарисовать портрет Веры.
Он по памяти за сутки и за несколько дней до окончания фестиваля написал, как ему сразу же показалось, лучшее из когда либо созданного его, покрытыми акрилом, руками. Там была Вера, в окружении осеннего виража. Были клёны и отражения в росе листьев. Он совместил холст со всеми слезами природы, что собирал. Это был шедевр.
Он показал Вере картину. И она, на равне с природой, не смогла сдержать слёз.
— Это прекрасно, Саш, — прошептала она. — Как ты смог передать то, что я чувствую? Мне кажется, я влюбилась.
— А мне понравились твои стихи, — со скромной улыбкой на лице сказал он.
Поздним вечером, когда очередной фестивальный день закончился, Саша и Вера сидели на лавочке в парке, той самой, где всего пару недель назад познакомились, наблюдая, как живёт источник их вдохновения. Они держались за руки, понимая, что их зародившиеся отношения подобны листьям.
Парк, окутанный тишиной и покоем, стал символом их любви. Ветер шептал чужие истории, наполненные судьбоносными неожиданностями, как и случай Саши и Веры, унося с собой золотые листья.
Тени сгущались, но их любовь была как свет, который освещал путь даже в самую тёмную ночь. И, возможно, когда-нибудь кто-то напишет о них, представляя два листа клёна, которые, несмотря на мнимую разность, создали свою неповторимую осеннюю симфонию.
В день фестиваля в парке собралось множество людей. Вера стояла на сцене и читала белое стихотворение:
"Два листа.
Парящие в воздухе люди.
Каждый свой путь выбирает.
Две судьбы.
Смотрящие в озеро клёны.
Не каждый дёрнет за струну.
Осень близка.
Красоту не повторить их,
Но и чистотой не излить каких.
А каждую ноту? И ветвь. И заботу".
Её слова тронули сердца слушателей. И Саши. Она говорила о принятии различий и любви к уникальности каждого человека. Художник, вдохновлённый её стихами, наконец решился нарисовать портрет Веры.
Он по памяти за сутки и за несколько дней до окончания фестиваля написал, как ему сразу же показалось, лучшее из когда либо созданного его, покрытыми акрилом, руками. Там была Вера, в окружении осеннего виража. Были клёны и отражения в росе листьев. Он совместил холст со всеми слезами природы, что собирал. Это был шедевр.
Он показал Вере картину. И она, на равне с природой, не смогла сдержать слёз.
— Это прекрасно, Саш, — прошептала она. — Как ты смог передать то, что я чувствую? Мне кажется, я влюбилась.
— А мне понравились твои стихи, — со скромной улыбкой на лице сказал он.
Поздним вечером, когда очередной фестивальный день закончился, Саша и Вера сидели на лавочке в парке, той самой, где всего пару недель назад познакомились, наблюдая, как живёт источник их вдохновения. Они держались за руки, понимая, что их зародившиеся отношения подобны листьям.
Парк, окутанный тишиной и покоем, стал символом их любви. Ветер шептал чужие истории, наполненные судьбоносными неожиданностями, как и случай Саши и Веры, унося с собой золотые листья.
Тени сгущались, но их любовь была как свет, который освещал путь даже в самую тёмную ночь. И, возможно, когда-нибудь кто-то напишет о них, представляя два листа клёна, которые, несмотря на мнимую разность, создали свою неповторимую осеннюю симфонию.