Forward from: Трезвый взгляд из США
Москва не считает постсоветский порядок безопасности окончательно установленным
Украина может оказаться не концом российско-западного противостояния, а только его первым этапом.
После выступления Владимира Путина на Валдайском форуме становится всё труднее рассматривать войну в Украине исключительно как конфликт за территории.
В Москве говорят о более широкой проблеме — о европейской системе безопасности, сложившейся после распада СССР.
Главный вопрос: считает ли Россия этот порядок окончательным?
Судя по заявлениям российского руководства, ответ отрицательный.
▪️Это началось не сейчас
Основные требования Москвы были сформулированы ещё до начала войны.
В 2021 году Россия потребовала гарантий, связанных с расширением НАТО и размещением военной инфраструктуры альянса у российских границ. Запад в значительной степени отверг эти требования.
Многие тогда воспринимали Россию как слабую державу, которую можно сдерживать экономическим давлением. Звучали насмешки о «бензоколонке» и сравнения российского ВВП с экономиками отдельных европейских стран.
Это оказалось слишком примитивным способом измерять государственную мощь.
ВВП сам по себе не показывает количество вооружений, промышленный и сырьевой потенциал, мобилизационные возможности государства или его готовность выдерживать длительную войну.
И главное — Москва не отказалась от своих требований после начала войны.
▪️Что изменилось за пять лет
Изменились не основные идеи Кремля, а оценка возможностей.
Прошло уже более пяти лет войны.
Россия не была разгромлена.
Её экономика не рухнула.
Российская армия не была вытеснена с поля боя.
Западная поддержка Украины не привела к тому результату, на который рассчитывали многие её сторонники: Россия не была стратегически сломлена и не отказалась от своих основных требований.
Более того, Москва получила возможность проверить пределы западной военной и экономической мощи.
Недавний конфликт на Ближнем Востоке также показал ограничения американских запасов и возможностей ПВО при ведении масштабной войны.
Именно это, возможно, изменило расчёт Кремля.
Не идеи.
Оценку возможностей.
▪️А что делает Запад?
Тем временем Запад также перестраивается для долгого противостояния: вступление Финляндии и Швеции в НАТО, усиление сил альянса на восточном фланге, новые бригады у границ России и реиндустриализация европейского ВПК.
Фактически закрывается эпоха дипломатии и ожиданий 1990-х.
▪️Украина как первый этап
Если Москва действительно стремится пересмотреть постсоветскую систему безопасности, прекращение боевых действий в Украине автоматически не означает окончания конфронтации.
Российские требования могут включать:
— нейтральный статус Украины;
— ограничения военного присутствия НАТО в Восточной Европе;
— ограничения на размещение западных вооружений;
— признание российских интересов в сфере безопасности;
— новые договорённости по европейской военной архитектуре.
И тогда российские требования после войны могут оказаться значительно шире тех, которые обсуждались до неё.
▪️Что происходит сейчас
Россия наносит всё более глубокие удары по энергетике, отоплению, мостам и транспортной инфраструктуре Украины.
Если эта кампания продолжится, жители Киева и других крупных городов будут уезжать не обязательно за границу. Они могут переезжать на запад Украины, к родственникам или просто снимать жильё в более безопасных районах.
И в какой-то момент временное переселение может перестать быть временным.
Киев, в свою очередь, расширяет удары по российской территории и развивает собственные баллистические ракеты. FP-9 потенциально способен поражать цели в Московском регионе.
Возникает опаснейшая спираль:
Россия наносит более глубокие удары → Украина отвечает более глубокими ударами → Россия расширяет географию ответных ударов → Украина получает ещё более дальнобойное оружие.
Если Украина действительно нанесёт удар по Москве, это может стать переходом войны на совершенно новый уровень.
▪️А что будет после Украины?
Если Россия действительно стремится пересмотреть постсоветскую систему безопасности, Украина может оказаться не конечной точкой, а первым и самым крупным этапом этого противостояния.
Это не означает, что Россия обязательно нападёт на Литву, Латвию или Эстонию. Прямого доказательства такого решения нет.
Но Балтика уже становится одним из главных мест столкновения российских и западных интересов.
А Армения, Азербайджан и страны Центральной Азии внимательно наблюдают за происходящим.
Они видят более фундаментальный конфликт двух представлений о мире.
Запад говорит: суверенное государство само выбирает свои союзы и внешнюю политику.
Москва отвечает: безопасность России не может зависеть от решений соседних государств, если эти решения создают военную угрозу российским границам.
Эти две позиции практически невозможно полностью совместить.
Поэтому ошибочно рассматривать войну в Украине только как спор о нескольких областях.
Украина стала главным полем битвы за то, каким будет европейский порядок после 1991 года.
И если Москва действительно считает этот порядок не окончательным, прекращение боевых действий в Украине ещё не обязательно означает конец противостояния.
Главный вопрос тогда будет звучать уже не как:
«Когда закончится война в Украине?»
а как:
«Что Россия будет делать после Украины?»
Подписывайся на Взгляд 🌎
Украина может оказаться не концом российско-западного противостояния, а только его первым этапом.
После выступления Владимира Путина на Валдайском форуме становится всё труднее рассматривать войну в Украине исключительно как конфликт за территории.
В Москве говорят о более широкой проблеме — о европейской системе безопасности, сложившейся после распада СССР.
Главный вопрос: считает ли Россия этот порядок окончательным?
Судя по заявлениям российского руководства, ответ отрицательный.
▪️Это началось не сейчас
Основные требования Москвы были сформулированы ещё до начала войны.
В 2021 году Россия потребовала гарантий, связанных с расширением НАТО и размещением военной инфраструктуры альянса у российских границ. Запад в значительной степени отверг эти требования.
Многие тогда воспринимали Россию как слабую державу, которую можно сдерживать экономическим давлением. Звучали насмешки о «бензоколонке» и сравнения российского ВВП с экономиками отдельных европейских стран.
Это оказалось слишком примитивным способом измерять государственную мощь.
ВВП сам по себе не показывает количество вооружений, промышленный и сырьевой потенциал, мобилизационные возможности государства или его готовность выдерживать длительную войну.
И главное — Москва не отказалась от своих требований после начала войны.
▪️Что изменилось за пять лет
Изменились не основные идеи Кремля, а оценка возможностей.
Прошло уже более пяти лет войны.
Россия не была разгромлена.
Её экономика не рухнула.
Российская армия не была вытеснена с поля боя.
Западная поддержка Украины не привела к тому результату, на который рассчитывали многие её сторонники: Россия не была стратегически сломлена и не отказалась от своих основных требований.
Более того, Москва получила возможность проверить пределы западной военной и экономической мощи.
Недавний конфликт на Ближнем Востоке также показал ограничения американских запасов и возможностей ПВО при ведении масштабной войны.
Именно это, возможно, изменило расчёт Кремля.
Не идеи.
Оценку возможностей.
▪️А что делает Запад?
Тем временем Запад также перестраивается для долгого противостояния: вступление Финляндии и Швеции в НАТО, усиление сил альянса на восточном фланге, новые бригады у границ России и реиндустриализация европейского ВПК.
Фактически закрывается эпоха дипломатии и ожиданий 1990-х.
▪️Украина как первый этап
Если Москва действительно стремится пересмотреть постсоветскую систему безопасности, прекращение боевых действий в Украине автоматически не означает окончания конфронтации.
Российские требования могут включать:
— нейтральный статус Украины;
— ограничения военного присутствия НАТО в Восточной Европе;
— ограничения на размещение западных вооружений;
— признание российских интересов в сфере безопасности;
— новые договорённости по европейской военной архитектуре.
И тогда российские требования после войны могут оказаться значительно шире тех, которые обсуждались до неё.
▪️Что происходит сейчас
Россия наносит всё более глубокие удары по энергетике, отоплению, мостам и транспортной инфраструктуре Украины.
Если эта кампания продолжится, жители Киева и других крупных городов будут уезжать не обязательно за границу. Они могут переезжать на запад Украины, к родственникам или просто снимать жильё в более безопасных районах.
И в какой-то момент временное переселение может перестать быть временным.
Киев, в свою очередь, расширяет удары по российской территории и развивает собственные баллистические ракеты. FP-9 потенциально способен поражать цели в Московском регионе.
Возникает опаснейшая спираль:
Россия наносит более глубокие удары → Украина отвечает более глубокими ударами → Россия расширяет географию ответных ударов → Украина получает ещё более дальнобойное оружие.
Если Украина действительно нанесёт удар по Москве, это может стать переходом войны на совершенно новый уровень.
▪️А что будет после Украины?
Если Россия действительно стремится пересмотреть постсоветскую систему безопасности, Украина может оказаться не конечной точкой, а первым и самым крупным этапом этого противостояния.
Это не означает, что Россия обязательно нападёт на Литву, Латвию или Эстонию. Прямого доказательства такого решения нет.
Но Балтика уже становится одним из главных мест столкновения российских и западных интересов.
А Армения, Азербайджан и страны Центральной Азии внимательно наблюдают за происходящим.
Они видят более фундаментальный конфликт двух представлений о мире.
Запад говорит: суверенное государство само выбирает свои союзы и внешнюю политику.
Москва отвечает: безопасность России не может зависеть от решений соседних государств, если эти решения создают военную угрозу российским границам.
Эти две позиции практически невозможно полностью совместить.
Поэтому ошибочно рассматривать войну в Украине только как спор о нескольких областях.
Украина стала главным полем битвы за то, каким будет европейский порядок после 1991 года.
И если Москва действительно считает этот порядок не окончательным, прекращение боевых действий в Украине ещё не обязательно означает конец противостояния.
Главный вопрос тогда будет звучать уже не как:
«Когда закончится война в Украине?»
а как:
«Что Россия будет делать после Украины?»
Подписывайся на Взгляд 🌎